blog_digital_violence

Цифровое насилие

Как для миллионов людей интернет стал местом преследования, насилия и эксплуатации.

Каждый день в интернете происходят домогательства, угрозы, слежка, публикация интимных фото без согласия, сексуализировання эксплуатация, “доксинг” и организованные атаки. Это и есть цифровое насилие — форма насилия, которая совершается или усиливается с помощью технологий.

Что такое цифровое насилие?

Такое насилие встречается повсюду. UNICEF сообщает, что более трети молодых людей в 30 странах переживали онлайн-травлю. Ещё больше сталкивались с оскорблениями или опасным контентом.

Для женщин и девушек риски выше. По данным The Economist Intelligence Unit, 38% женщин сталкивались с насилием в интернете лично, а 85% — видели его своими глазами.

Онлайн-угрозы не остаются только на экране. То, что начинается в сети, часто переходит в реальный мир: преследование, шантаж, сексуализированная эксплуатация, физическое насилие. Онлайн-платформы придают этому масштабы, которых раньше мы не могли даже представить. Один человек может стать мишенью тысяч. Вокруг насилия формируются целые сообщества, которые подпитываются анонимностью и отсутствием ответственности.

Законы и платформы не успевают за ростом цифрового насилия. Пережившие насилие часто не сообщают о нём, а когда сообщают, получают медленные или формальные реакции. В результате создаётся чувство безнаказанности: преступники действуют, не боясь последствий.

Телеграм-каналы и чаты

Цифровое сексуализированное насилие в Telegram системно. Это масштабная и очень живая сеть, которая работает прямо сейчас, в тот момент, как вы читаете этот текст, в самых разных странах. Бразилия, Германия, Южная Корея, Иран, Великобритания, Северная Македония… и это только часть списка.

Из расследований и текстов медиа (BBC, DW, The Guardian и других) становится понятно: это не исключения, а повторяющийся паттерн. В разных регионах (в Европе, Америке, Азии — буквально где угодно) Telegram снова и снова используют для:

распространения материалов сексуализированного насилия над детьми (CSAM),
создания мизогинных и экстремистских сообществ,
организации сетей шантажа и эксплуатации.

Данные SaferNet Brasil и других организаций, которые отслеживают онлайн-насилие, показывают: в 2024 году количество сообщений о Telegram-группах с материалами сексуализированного насилия над детьми резко выросло. Параллельно растут и сами сети, сейчас это уже сообщества на сотни тысяч пользователей. Во многих таких группах насилие часто превращается в рыночный товар, который можно купить за криптовалюту или через встроенные платежи.

И это не проблема одной страны. По всему миру Telegram используют для того, чтобы организовывать, нормализовать и зарабатывать на сексуализированном насилии:

В Германии расследования выявили группы численностью до 70 000 участников, где распространялись подробные инструкции по совершению изнасилований, а также фотографии и видео актов насилия.
В Великобритании одна из сетей в Telegram эксплуатировала более 100 девочек, некоторым из которых было всего 12 лет, принуждая их создавать сексуализированный контент и шантажируя их.
В Северной Македонии скандал выявил тысячи мужчин, которые делились интимными изображениями, персональными данными и контактами женщин и девочек, что привело к массовым преследованиям и угрозам офлайн.
В Южной Корее дело “Nth Room” вскрыло масштабную преступную сеть, в рамках которой женщин и детей шантажом заставляли создавать сексуализированные видео, которые затем продавались десяткам тысяч пользователей.
В таких странах, как Иран, Telegram также используется для преследования активисток и активистов, распространения насильственного контента и координации онлайн-атак.

Такие сети быстро восстанавливаются после блокировок, они используют боты, создают бесконечное число каналов и лимитированный по времени контент, чтобы обходить модерацию.

Общее для всех этих случаев — масштаб и безнаказанность. Практически все расследования указывают на то, что структура Telegram (крупные каналы, анонимность и ограниченная модерация) позволяет таким сетям функционировать на глобальном уровне. По сути это даёт возможность действовать коллективно при минимальном риске ответственности. Даже когда платформа заявляет об удалении тысяч групп, новые появляются в таком же количестве мгновенно.

Как мы видим по примеру с Telegram, цифровое насилие наносит реальный вред в офлайн-мире: груминг, шантаж, изнасилования и длительные психологические травмы — всё это поддерживается, распространяется и нормализуется с помощью технологий.

“Усыпление” жён

Технологии “усовершенствовали” ещё один вид сексуализированного насилия в реальном мире — сексуализированное насилие с использованием наркотиков (DFSA). По данным ВОЗ, такие случаи сильно недооцениваются. Пострадавшие часто не помнят нападение или не могут его доказать.

Но последние расследования показывают, что это не случайные эпизоды. В марте 2026 года CNN рассказала о сети, которую назвали “онлайн-академией изнасилований”. Там мужчины делятся инструкциями: как дать женщине наркотик, изнасиловать её и остаться безнаказанным. Иногда речь идёт о собственных жёнах.

Сети работают сразу в нескольких странах и на разных платформах. Люди делятся видео, советами и подталкивают друг друга к новым преступлениям. Так насилие становится коллективным и повторяемым. Один из участников говорил в чате: “Если хочешь избежать проблем, делай точно по инструкции”.

В Сингапуре шокирующее дело “сети изнасилований жён” показало, как мужчины годами сговаривались, чтобы наркотизировать своих жён и позволять другим их насиловать. Одна из переживших насилие сообщила, что её наркотизировали на протяжении многих лет, пока муж организовывал нападения нескольких мужчин (как минимум пяти), иногда в важные даты, например в годовщину свадьбы.

Похожие схемы были зафиксированы и в Европе. Во Франции дело Жизель Пелико показало, как муж использовал онлайн-форумы, чтобы привлечь десятки мужчин к изнасилованию своей жены, пока она была без сознания.

Во всех этих случаях повторяется один факт: преступники часто не являются незнакомцами. Это партнёры, мужья и участники онлайн-сообществ, которые поддерживают насилие друг друга.

Дипфейки

Дипфейки — это фото, видео или аудио, созданные искусственным интеллектом для изображения реальных или несуществующих людей, выполняющих действия, которые они никогда не совершали. Хотя конкретно позитивных примеров применения дипфейков не так много, они всё же есть. Например, для восстановления или “сохранения” голоса людей, которые его теряют. Но на практике дипфейки всё чаще используют для травли и насилия.

Чаще всего речь идёт о сексуализированных дипфейках. Почти всегда мишенью становятся женщины. Каждый год без согласия используются лица тысяч обычных людей. Эксперты и экспертки говорят прямо: это уже массовая проблема, и её рост пугает.

Рассматривать проблему дипфейков интересно на примере Южной Кореи. Помимо существования самой проблемы, в Южной Корее уже проводятся масштабные исследования и расследования, связанные непосредственно с использованием дипфейков.

Особенно важно обратить внимание на то, как используют дипфейки подростки. По данным полиции, резко выросло число дел, связанных с дипфейками и сексуализированным насилием с участием школьников и молодых людей. Например, громкий случай произошёл с так называемой “картой дипфейков”, которую сделал один из учеников местной школы: на ней отмечены сотни школ, в которых аккуратно разложены дипфейк-видео с ученицами и даже учительницами.

При этом многие школьники понимают, что такое дипфейки и как они работают, но всё равно не воспринимают это как насилие. По данным опросов, многие воспринимают такие видео как “пранки”. В некоторых случаях такие изображения находили прямо на школьных компьютерах, вместе с сексуализированными угрозами.

Все эти ситуации показывают, что дети (школьницы и школьники) могут быть и теми, кто совершает насилие, и теми, кто от него страдает.

В Европе ситуация похожая. Правозащитные организации говорят, что подавляющее большинство дипфейк-порно направлено против женщин. В Германии несколько громких случаев стали причиной протестов и наконец-то привели к разговору о том, что законодательство страны не успевает за реальностью. Сейчас на уровне ЕС пытаются разобраться, как регулировать платформы, где распространяется такой контент.

Проблема в том, что сами инструменты становятся всё доступнее. То, что раньше требовало навыков и времени, теперь можно сделать за несколько минут в пару кликов. В результате дипфейки всё чаще становятся частью повседневного цифрового насилия, с которым пока толком не умеют справляться ни платформы, ни законы, ни общество.

Кибербуллинг

Кибербуллинг, пожалуй, самое “знакомое” нам явление среди всех, о которых рассказывается в этом материале. И в этом самая большая проблема. О нём знают все, но из-за этой “обычности” кибербуллинг часто не воспринимают всерьёз.

Цифры при этом довольно очевидные: в Европе примерно каждый четвёртый ребёнок говорит, что сталкивался с онлайн-травлей. Почти у каждого второго есть знакомые, которых тоже буллили.

В Беларуси картина очень похожая. Более 30% детей говорят, что переживали онлайн-издевательства или запугивание. Но важно и то, что многие об этом вообще никому не рассказывают. Ни родителям, ни учителям. Поэтому значительная часть таких историй просто не попадает ни в какую статистику.

Сам кибербуллинг может выглядеть по-разному. Это не только оскорбления в комментариях. Это и систематическая травля, и угрозы, и слив личной информации или фото без согласия. При этом отличие кибербуллинга от “офлайн” буллинга в том, что кибербуллинг никогда не заканчивается. Пока у тебя есть телефон, компьютер и интернет — ты не в безопасности.

Хорошо это показывает документальный фильм “Неизвестный номер” (2024). В нём показывается история девушки, которую травят в интернете — долго и целенаправленно. В какой-то момент выясняется, что за фейковыми аккаунтами стоит её собственная мать. Она следит за ней, пишет ей, унижает, контролирует. Это форма постоянного психологического давления, от которого невозможно спрятаться даже дома.

Ситуация в фильме отражает более широкую реальность: нарушители не всегда незнакомцы. Это могут быть:

одноклассники / одноклассницы
нынешние или бывшие партнёры / партнёрки
целые онлайн-сообщества
или даже члены семьи

Особую опасность кибербуллинга в его масштабах и постоянстве. Один пост, фото или сообщение могут быть мгновенно разосланы тысячам людей и оставаться в интернете бесконечно.

И что дальше?

Цифровое насилие системно. И эта система растёт глобально, первой использует новейшие технологии, анонимность, слабые законодательства и безответственность онлайн-платформ.

Непропорционально часто пострадавшими становятся женщины, дети и другие маргинализированные группы. Цифровые пространства, которые когда-то воспринимались как место для общения и самовыражения, всё чаще становятся зонами преследования, шантажа, сексуализированной эксплуатации и различных типов насилия.

Масштаб, скорость и “живучесть” цифрового насилия отличают его от офлайна. Один пост, видео или сообщение может мгновенно разойтись на тысячи людей, оставаться в сети бесконечно долго. Правительства, правоохранительные органы, институции и сами платформы не успевают за всем этим, и многие (если не большинство) пострадавшие остаются без защиты и возможностей добиться справедливости.

Если делать вид, что ничего не происходит, легко привыкнуть к мысли, что интернет по умолчанию небезопасен — по крайней мере, для некоторых людей.

Но это не что-то неизменное. Если мы начнём замечать системность, называть преступления своими именами и требовать ответственности от платформ, государств и самих сообществ, ситуация может измениться.

Остались вопросы? Обращайтесь за правовой и психологической помощью в СПРАВКУ. Пишите нам в Телеграм.

Для написания материала использовались публикации: